Владимир Александрович
Разумный

Михаил Иванович Царев

Социальные катаклизмы подобно землетрясениям в глубинах океана вызывают смещения устоявшихся слоев человеческих ценностей и приоритетов,ролевых функций и привычных ориентиров.И нужны многие десятилетия для успокоения взбаламученной стихии,для обретения устойчивости в системе человеческих отношений.Здесь особую значимость начинают приобретать масштабные ,незаурядные характеры,олицетворяющие утраченную стабильность и надежду на обретение вновь достойного общественного статуса.

Политические потрясения последнего периода,предопределившие трагедию России,привели ко всеобщему смешению складывавшихся в течение многих послереволюционных десятилетий представлений о престижной деятельности и соответствено-к миру перевернутых ценностей.Шахтер и металлург,ученый и педагог с недоумеием вглядываются в окружающий мир полудиких "рыночных отношений" и с запоздалой тоской вспоминают безвозвратно ушедшее прошлое,в котором порою любили пококетничать либеральным скептицизмом.Но ,пожалуй,по иронии судьбы в наиболее драматичной ситуации оказались творческие работники,и прежде всего-мастера сцены,отброшеные на самые низкие ступени социальной иерархии.Им остается только мечтать о тех временах,когда о них говорили как о духовных наставниках народа,когда для них строились по всей стране современные театры и Дома творчества,когда они становились кумирами молодежи и ощущали себя с полным на то основанием представителями новой элиты.Думаю,что не случайно в интимных беседах с ними все чаще слышу упоминание о выдающемся деятеле театральной культуры Михаиле Ивановиче Цареве,самобытном актере и бессменном-в течение многих десятилетий-директоре и художественном руководителе Малого театра,лидере нашей театральной общественности,практически отстаивавшим ее коренные интересы внутри страны и на международном уровне.Именно он,с моей точки зрения,дает наиболее многомерный образ того слоя русской духовной элиты,до возрождения которого нам предстоит теперь пройти весьма долгий и отнюдь не эффективный в историческом смысле путь.

Долгие годы меня связывала с Михаилом Ивановичем взаимная симпатия,не нуждающаяся в эффектных внешних проявлениях.Масштабный по самой сути своего характера,он всегда и в любой ситуации умел сохранять столь необходимую для прочности человеческих контактов дистанцию.И при этом -оставался на редкость добросердечным,отзывчивым,милым человеком,всегда готовым прийти на помощь делом или советом.Не скрою-столь же неизменно я был влюблен в него.В его артистический,неповторимый по романтической насыщенности талант художника,синтезировавшего исполнительскую культуру театра Мейерхольда и школы Малого театра,всегда доставлявшего нам неповторимое наслаждение и образом Чацкого,и оригинальной трактовкой персонажей Шекспира,Шиллера,Островского,и чтением на радио произведений русской классики.В его живой,пытливый ум,остроту которого мог ощущать и на многолетних занятиях творческого семинара в Малом театре,где бывали все его корифеи,и на рабочих заседаниях Редакционного совета Всероссийского театрального общества,где он тактично и настойчиво отстаивал от унылой ортодоксии уникальные мемуары и классику театроведения,и в закономерно-конфликтной работе Художественного совета Малого театра,членом которого я был при нем.

Монументальный по самой своей сути,М.И.Царев оставался всегда и во всем тонким и отзывчивым человеком,способным немедленно и безотносительно к ситуации прийти на помощь тем,кого он ценил и знал.Так,в конце шестидесятых годов наши "либералы",усматривавшие во мне основного теоретика социалистического реализма,развернули в прессе и на организационном уровне настоящую травлю,не гнушаясь никакими приемами,вплоть до банальных анонимок в партийную организацию моего института,пришедших якобы из тех регионов,где я часто бывал с лекциями и докладами.Свара,которую они же сегодня устраивают на политическом уровне,дает отличное представление о мере их нравственности,да что там нравственности-простой добропорядочности!И как всегда бывает в подобных экстремальных ситуациях у каждого,многие из моих близких по творческой среде знакомых вдруг словно бы забыли и о моем телефоне,и о моем адресе.Надо ли говорить,какую радость доставило мне письмо М.А.Царева в Партийное бюро Института,в котором говорилось в частности следующее:"Президиум Совета Всероссийского театрального общества приносит благодарность доктору философских наук,профессору Разумному Владимиру Александровичу,который в период своего отпуска,выезжал по поручению Президиума Совета ВТО в ряд городов Дальнего Востока,где провел значительную работу,выступая с лекциями и докладами в творческих коллективах деятелей театров,преподавателей и студентов ВУЗов,учащихся Институтов культуры,училища искусств и среди воинов Советской армии..Все выступления доктора Разумного В.А.пользовались неизменным успехом и выслушивались с огромным вниманием".Ощутив такой отпор и на таком уровне,"критики" несколько поостыли,мне же стало не так одиноко в упорной идейной борьбе за ценности нашей социалистической культуры.

Ощущал на себе накал этой борьбы и сам М.И.Царев,вокруг которого нагнеталась атмосфера тихого и трусливого недоброжелательства,от полушопота анекдотических историй до замалчивания его бесспорных творческих достижений.Так, однажды он с грустью заметил в беседе со мною,что его новые обращения к Шиллеру игнорируются критикой.Не скрою-сделал все возможное и невозможное,чтобы опубликовать несколько статей о мастере,вызывавшем раздражение у набиравших силу открытых противников социалистической культуры,у тех,кто сегодня хочет вычеркнуть из истории мирового искусства один из удивительнейших и значительных его этапов.Во время беседы в его кабинете,помещавшемся в любимом всей творческой интеллигенцией столицы Центральном Доме актера имени А.А.Яблочкиной на Тверской,впоследствии уничтоженном пожаром,он с неожиданной для меня эмоциональной заразительностью рассказал несколько эпизодов о работе в театре имени Вс.Мейерхольда,затем подписал несколько бумаг из папки на столе и передал мне без слов свою фотографию.

Дом актера на Тверской не будет восстановлен.Не повторится и русскому театральному Ренессансу,который дал миру таких корифеев сцены как Михаил Иванович Царев.Но память о них всегда сохранится как база ,основа кристаллизации нового слоя духовной элиты будущей России.